Резкий телефонный звонок прервал дремоту и мысли. От неожиданности она вздрогнула, взяла трубку.

— Алле! А, это ты! Здравствуй, здравствуй! — ответила в трубку. — Что делаю? Отдыхаю. Да, устала. Как отчего? От всего. Сейчас только гостя нежданного выпроводила. Что за гость? Да из вашего, ментовского ведомства. Зачем? А зачем вы все ходите и людей выспрашиваете? Вот и он за тем же приходил. Мной интересовался, про Петю, про работу его, про сейф расспрашивал. Сейчас посмотрю кто. Он визитку оставил. Ха—ха! Говорит, если чего вспомните, позвоните или приходите. Я ему не сказала, а сейчас вспомнила: ключи Петины от квартиры пропали. Сейчас, я тебе скажу кто, визитка передо мной лежит. Рогожин Дмитрий Сергеевич. Ничего себе, но молод. Да какая пьяная! Глоток коньяка для снятия стресса. Нет, нет, ко мне нельзя, и не думай. На работу послезавтра приходи к часам четырем, там увидимся. Завтра хочу в бассейн сходить, да кое—какие дела есть. Домой нельзя! За—пре—ща—ю! — прокричала по слогам и положила трубку.

Голова продолжала кружиться, хотелось спать, она снова, укутавшись в плед, закрыла глаза.

Наконец сон одолел её, и Нинель Александровна уснула. Такого беспокойного, страшного сна никогда прежде не видела. Ей снилась зловещая долина скал, она шла по ней и искала дорогу, чтобы выбраться. Скалы окружали со всех сторон, и каждая напоминала скорбящую человеческую фигуру. На всех скалах были накинуты черные мантии. Между собой они стояли очень близко, почти вплотную. В какую бы сторону она ни шла, везде перед ней вставали людские призраки в черной мантии — и закрывали путь. Она устала, силы быстро иссякли, а выбраться из заколдованного лабиринта не могла. Когда совсем обессилела, за скалами во все небо увидела силуэт Петра и его родное лицо. Он, как Бог, стоял перед ней во весь рост и протягивал золотые украшения. «Бери их себе. Они твои», — говорил муж. Она протянула руки, но тут человекоподобные скалы внезапно выросли до небес, загородив Петра.