Минерва очень удивилась такому комплименту и наконец спросила:

— Ты действительно считаешь… что я красивая? Знаю, я очень похожа на маму, но ведь мне никто не может ничего сказать о моей внешности.

— Я понимаю, — прервал ее брат. — Это, конечно, нехорошо, но пока что я ничего не могу сделать.

Его голос был таким тревожным, что Минерва поцеловала его в щеку.

— Не волнуйся обо мне, — сказала она. — Честное слово, сейчас я думаю об одном — как отправить Дэвида в Итон и из каких средств платить за его обучение. Ничто другое меня не волнует.

— Я помню об этом, — согласился Тони. — Клянусь, как только я вернусь в Лондон, я начну экономить.

На мгновение он задумался и добавил:

— В конце концов, приезд сюда не стоил мне ни пенни. Крыша над головой и еда у меня тоже бесплатные. Все, что от меня требуется, — перед отъездом дать слугам чаевые.

— Вот это экономия! — рассмеялась Минерва. — К тому же ты прекрасно выглядишь!

Тони встал. На лице его было написано замешательство,

— Мне пришлось купить пару сапог… а мой выходной костюм успел превратиться в лохмотья.

Минерва вскрикнула.

— Тони, Тони, не будь таким расточительным! Точно так же вел себя наш прадедушка, когда строил замок, — и из-за этого дедушке пришлось продать почти все!

— Он продешевил, — заметил Тони. — Если бы он продал замок после войны, то получил бы гораздо больше.

— Вряд ли он мог ждать пятнадцать лет, — возразила Минерва.

— Но это было бы только разумно, — упорствовал Тони. — К тому же он плохо вложил полученные деньги и потерял большую их часть.

— Папа всегда говорил то же самое, — согласилась Минерва, — но он ведь зарабатывал кое-что своими книгами.

— А ты не можешь писать? — спросил Тони.