Однако Ангус жениться вторично отказался, что бы ему за это ни сулили. Но когда Рольф уже решил, что ему придется возвращаться к королю несолоно хлебавши, Ангус согласился поговорить со своим сыном Дунканом. Хотя тому было под тридцать, он еще не вступил в брак. Предназначенная ему невеста умерла ребенком, и Ангус не подыскал сыну другую невесту, полагая, что со временем тот сделает это сам.

— Леди Уайлдвуд, — пояснил шотландцу епископ Уайкхем, — дочь богатого барона, который состоял на службе у короля и погиб в Ирландии, исполняя свой долг.

Вздохнув, Рольф сунул меч в ножны.

— За нее дают щедрое приданое.

— Гм… — Дункан разочарованно хмыкнул. — Насколько же щедрое?

Рольф назвал сумму, назначенную королем Ричардом, и слегка нахмурился, ибо шотландец никак не отреагировал на его слова. Переступив с ноги на ногу, он нехотя прибавил:

— Если этой суммы недостаточно, король согласен дать большую.

Дункан молча смотрел на него. Видимо, и эти слова не произвели на него никакого впечатления.

— Много ли король готов добавить? — осведомился Ангус, заговорив впервые с тех пор, как привел визитеров к сыну.

— Он считает возможным удвоить ее. — Рольфа встревожило, что Данбарам и этого покажется мало.

К крайнему удивлению посланца короля, молодой Данбар вдруг смачно выругался, выхватил из ножен меч и, издав воинственный крик, сломя голову помчался по двору. Его клетчатая юбка развевалась на ветру и хлопала по ногам.

Все, кто находился во дворе замка, замерли, наблюдая за тем, как он устремился к группе мужчин, сражавшихся на мечах. Подбежав к крайнему, Дункан снова издал воинственный крик и высоко вскинул меч. Воин тотчас же поднял вверх свой, и во дворе замка раздался громкий звон металла. Почти сразу все занялись своими делами, видимо, ничуть не удивленные столь странным поведением сына главы клана.