Впрочем, про Эрику Брайтон, дочь того самого Рона Брайтона, всеми признанного короля модной одежды, самые злые языки не могли бы сказать, что она выглядит уныло или безвкусно. Даже самые обычные кроссовки на ее ножках смотрелись стильными и единственными в своем роде.

«Противоположность» ее заключалась, собственно говоря, не во внешности, а в том, что Эрика происходила из состоятельной семьи, получила великолепное образование в Британской академии искусств и теперь вполне успешно работала модельером. Ее смелую, немного экстравагантную одежду охотно покупала продвинутая молодежь и ценили понимающие толк в моде дамочки.

Перед Эрикой открывались блестящие перспективы, а Рози была всего лишь манекенщицей, «вешалкой». Но молодые женщины отчего-то сразу подружились, встретившись на одном из показов. Эрика очень ценила внешние данные подруги и часто делала модели специально «под нее», в расчете на то, что их потом будут носить такие же высокие молочно-белые красотки с ослепительно-рыжими волосами. Сейчас разговор у них, однако, шел совсем не об одежде.

– Тебе хорошо говорить, – возразила Рози, продолжая давний и привычный спор о своем туманном будущем. – Где это я, интересно, возьму столько денег, чтобы учиться? При моей хорошо известной тебе ситуации… Талантами особыми не блещу, сама знаешь, так что на государственную стипендию рассчитывать нечего. Пока есть работа и контракты, я – на коне, а потом… Потом что-нибудь придумаю. Выйду замуж, в конце концов. Или буду работать уборщицей, долго, что ли, работу найти? Какая разница! Надо жить сегодняшним днем, а то завтра может и не настать. Кирпич там на голову упадет или атомная война разразится…

Эрика недовольно пожала плечами, но спорить не стала. В любом случае этот разговор ни к чему не привел бы. Заботясь о непутевой подруге, она несколько раз заговаривала о том, что надо хоть немного планировать свою жизнь, но пока безрезультатно.