Тонкая талия и округлые бедра выглядели чрезвычайно соблазнительными. На лице Элспет, словно утопающем в густых волосах, выделялись широко поставленные блестящие зеленые глаза. Весь ее облик выражал детскую невинность. Однако густые длинные ресницы и мягкие полные губы свидетельствовали о несомненной женственности. Она находилась так близко от двери, что Кормак мог бы легко коснуться ее рукой. Он был немного удивлен тем, что с трудом сдерживал это желание.

Затем Элспет снова заговорила своим сочным хрипловатым голосом, и все признаки детскости и невинности мгновенно исчезли. Теперь это была страстная соблазнительная женщина, и Кормак ощутил проснувшееся желание. Оно поразило его так мгновенно и сильно, как удар в живот. Пожалуй, любой мужчина, увидев и услышав ее, устремился бы к ней, несмотря ни на какие препятствия. Если бы его сердце не принадлежало другой женщине, Кормак, несомненно, поддался бы искушению. Он подумал, что, вероятно, сэр Колин тоже стал жертвой обаяния Элспет.

— Вот как? Вы не решаетесь ударить женщину? — насмешливо проговорила Элспет, глядя на сэра Колина. В ее голосе слышалось явное презрение. — Я думала, вы уже ничем не можете меня удивить, но, кажется, я ошибалась.

— Ты явно напрашиваешься на побои, — сказал сэр Колин с некоторой дрожью в голосе, вероятно приходя в ярость.

— Что же ты тогда стоишь здесь и смердишь, как навозная куча?

Кормак напрягся, увидев, что Колин схватил ее за нежное горло своими мясистыми пальцами. Затем услышал, как тот медленно произнес холодным тоном:

— Значит, в этом заключается твоя игра? Ты решила довести меня до бешенства? Нет, моя зеленоглазая красавица, это тебе не удастся.

Трос из пятерых мужчин в комнате засмеялись.

— Хочешь изнасиловать меня своим жалким дрянным отростком? Однако знай: если ты только прикоснешься им ко мне, ты будешь обречен.