Наконец любовники замерли в изнеможении, до конца исчерпав душевные силы друг друга. Долгое время они бездумно качались на волнах отлива страсти, продолжая лежать рядом, не разговаривая, не прикасаясь друг к другу, не шевелясь.

Натали не знала, о чем Алекс сейчас думает, но его молчание не беспокоило ее. Она была занята собственными чувствами, вспоминая о только что произошедшем со смешанным чувством ужаса и восхищения.

Такого она еще не испытывала. С Томасом ей не удавалось быть такой… такой… Она попыталась найти определение своему состоянию, но не смогла подобрать слов, чтобы точно выразить ощущения, испытанные в постели с Алексом Гринфилдом. Сумасшествие? Раскованность? Сладострастие? То, чем они занимались, даже нельзя назвать занятием любовью.

Они практически не знают друг друга. Тем не менее, созналась себе Натали, я испытала такое восхитительное чувство интимной близости, которого и в помине не было при многолетнем общении с Томасом. Она удивилась, что способна, занимаясь сексом, испытывать чуть ли не первобытное наслаждение.

И еще ее беспокоил тот факт, что сильнейшее омерзение к Томасу, возникшее на почве его измены, сейчас притупилось, стало вялым и каким-то размытым. Заурядный Томас Салливан ушел далеко в прошлое, уступив место всемогущему Александру Гринфилду. Алекс, который раньше представлялся Натали лишь волшебным персонажем из снов, стал реальнее самой реальности.

Ее ничего не связывало с Алексом, если не считать сегодняшнего сумасшествия. Но теперь, Натали чувствовала это, она уже никогда не станет прежней.

Она не сомневалась, что для босса это лишь очередное приключение. Гринфилд сам сказал, что хочет расслабиться после тяжелых переговоров, так что к ней лично все происшедшее не имеет никакого отношения. Просто у Алекса под рукой оказалось достаточно привлекательное женское тело, которым он не замедлил воспользоваться.