– В моем случае, могу вас заверить, внешний вид соответствует реальности.

Как будто ей не все равно!

– А вас не очень будет шокировать, если вы узнаете, что, возможно, вы не единственный весьма состоятельный человек в этом здании?

Коул засмеялся, скорее высокомерно, чем удивленно.

– Прекрасно, мисс Рейне. Очко не в вашу пользу за попытку обмана. Помимо того, что это была плохо исполненная попытка, я ведь проводил расследование…

– Расследование?

Ну и подонок!

– Сразу же, как только моя бабушка упомянула об этом…

Он снова обвел помещение глазами.

– Центре. Творчества, – медленно и сухо процедила Эмили. – Всего два слова, мистер Престон. Постарайтесь запомнить их.

– Я попросил своего помощника навести о вас справки.

– О? И какие же пикантные детали выискала ваша ищейка?

– Вы сравнительно хорошо известны в Обществе охраны памятников старины как специалист по восстановлению витражей.

Эмили решила не говорить о том, что слово «сравнительно» никак не вяжется с ее прекрасной профессиональной репутацией. Он, вероятно, никогда не слышал о Смитсоиовском институте. То внушительное обстоятельство, что ее имя значится в списке тех, с кем постоянно сотрудничает столь почтенная организация, совершенно ни о чем бы ему не сказало.

– И естественно, – произнесла Эмили с натянутой улыбкой, – узнав, что я человек, профессионализм которого столь высоко ценят, вы немедленно заподозрили меня в том, что я мошенница, обирающая ничего не подозревающих старушек. Теперь понятно, как вы пришли к такому заключению. Очень логично!

Он пожал плечами.

– Вы живете достаточно скромно для творческой личности.

– Творческая личность. Господи, неужели вы это поняли? А свою бабушку вы считаете творческой личностью?

На секунду Коул поджал губы.