— Если бы вы не свели ее с ума сегодня утром, — возразила Элли, — то могли бы сейчас ехать с ней. Дайте ей подремать, одной, и я уверена, что она обрадуется мысли ехать вместе с вами и Мег в своей карете, когда мы доедем до следующего города.

Когда они на корабле приплыли из Лондона в Халл, то обнаружили, что их ожидает одна из папиных карет, чтобы отвезти в Шеффилд. Дела требовали его присутствия в Ланкашире, но он обещал вернуться к Рождеству. К сожалению, карета была тесна для них всех, хотя няня детей, заболевшая лихорадкой, осталась в Лондоне. Для багажа им пришлось нанять почтовую карету.

— А можно будет петь рождественские песенки? — спросила Мег.

— Если тебе хочется, — ответила Элли. — А как насчет «О, Рождество наступит завтра»?

— Давайте споем «Веселую праздничную чашу», — предложил. Тим. Казалось, сегодня у него в голове были только чаши с вином.

— Она слишком длинная, — возразил Перси. — Я хочу «Остролист и плющ».

— Ты вчера выбирал рассказ, а я должен выбрать песенку, — пожаловался Тим, толкая Перси локтем в бок.

Перси толкнул Тима, тот ударился о Чарли, который сказал:

— Перестаньте, вы, петухи, — и толкнул их обоих. Несколько секунд, и воинственные мальчишки уже дрались. Опять.

— Хватит! — Элли наклонилась, чтобы растащить их. — Прекратите эти глупости!

И тут она почувствовала, как Перси случайно ударил ее в грудь.

— Ох! — вскрикнула Элли и отодвинулась.

Мег, которая боготворила свою девятнадцатилетнюю кузину со всей страстью, обычно проявляемой только к котятам и лимонным леденцам, приготовилась броситься в драку.

— Ты ударил ее! Нельзя бить мою Элли!

Затем она тут же залилась слезами, что остановило шумную драку, поскольку мальчики обращались с Мег как со сказочной принцессой.