Однажды он станет монархом - вот как велико будет их влияние и их власть.

Это лишь еще одно доказательство того, что любовь - чью роль "серьезные" историки упорно отрицают, - движитель всех великих мировых событий. Именно она двигала революционерами, как в прошлые века аристократами; можно с уверенностью сказать, что большинство политических актов этих бессердечных патриотов

продиктовано страстью.

Женщин любили все. Что, впрочем, совершенно нормально. И все-таки удивляешься, понимая, что у всех этих великих сокрушителей трона была только одна мысль, одно желание:

ВОЛОЧИТЬСЯ ЗА ЖЕНЩИНАМИ...

ГОСПОЖА ДЕ МОНТЕССОН И ГОСПОЖА ДЕ ЖАНЛИС ТОЛКАЮТ ГЕРЦОГА ОРЛЕАНСКОГО И ЕГО

СЫНА НА БУНТ

Огонь, горевший в душе этих женщин, воспламенил революцию.

Жюльен ДАРБУЛ

2 мая 1766 года к дежурному посту охраны Пале-Рояля пришла молодая танцовщица парижской Оперы Розали Дютэ. Она старалась держаться как благородная дама. Ей исполнилось пятнадцать лет, у нее были лукавые глаза, белокурые волосы, очаровательная улыбка и грудь, сулившая ей большое будущее.

- Монсеньер герцог Орлеанский ждет меня, - сказала она.

Ее проводили к герцогу, который немедленно ее принял, усадил в кресло и начал разглядывать с плохо скрываемым удовлетворением.

- Я хочу объяснить вам, мадемуазель, - наконец заговорил он, - почему я решился пригласить вас сюда. Мои друзья хвалили ваше очарование, и некоторые - особые - таланты, делающие вас идеально партнершей в этой маленькой игре в "лошадки".

Розали была польщена.

- Монсеньер, я буду совершенно счастлива, если Вы найдете хоть сколько-нибудь привлекательной и за" ной мою скромную персону...

Герцог улыбнулся.

- Речь идет не обо мне, - сказал он, - а о моем сыне, герцоге Шартрском, который доставляет мне так много волнений. В восемнадцать лет он по-прежнему девственник и, кажется, нимало от этого не страдает. Он вял и апатичен и так мало интересуется женщинами, что мы с тревогой спрашиваем себя, не хочет ли он искать удовольствий у других, запрещенных берегов...