— Да это, товарищ генерал… Он…

— Молчать! Почему с оружием? Кто дал ему патроны? Так, Котов, неприятностей тебе не избежать. Готовься писать рапорт. Встать! — рявкнул генерал, грозно сдвигая брови к переносице.

Феликсу ничего не оставалось, как подняться.

— Н-да, хорош! — проговорил генерал Кабаков, довольный тем, что в первые же пять минут своего пребывания обнаружил грубейшее нарушение инструкции. — Кто ты такой, откуда?

— Я?

— Нет, папа римский!

Феликс вопросительно посмотрел на майора Котова. Тот из-за спины генерала пожал плечами: мол, черт его знает, что теперь делать. Выкручивайся уж как-нибудь.

— Промашка вышла, товарищ генерал, — стараясь говорить как можно более дружелюбно, произнес Колчанов. — Заехал к другу, упросил его дать пострелять. Давно в руках оружия не держал.

— Тебе с твоими патлами не автомат в руках держать надо, а гитару, — добродушно осклабился генерал. Затем подозрительно сощурил левый глаз, склонил голову и негромко, но очень явственно произнес: — Документы!

— Сейчас.

Феликс машинально дернулся было, чтобы достать из кармана паспорт, но тут же скрежетнул зубами, и его рука замерла на полдороге.

— Не взял с собой, товарищ генерал. Кто же в поле с документами ездит!

— Ты мне не ври. — Кабаков вытянул вперед свою короткую руку и указал пальцем на расстегнутый клапан кармана куртки. — Вон краешек-то торчит!

Колчанов посмотрел на свой карман. Оттуда и впрямь виднелся краешек австрийского паспорта.

— Это записная книжка, товарищ генерал.

— Не ври, давай сюда.

— Правда…

— Покажи и ее.

Генерала и Феликса разделяло шага четыре. Но тут ординарец, детина ростом явно больше двух метров, широко шагнул вперед и резко потянулся к документу правой рукой. Феликс даже не успел сообразить, как уже машинально отбил руку в сторону и принял боевую стойку.