Большинство мужчин, которых Магнус считал достаточно богатыми, чтобы позволить себе взять в жены его дочь, были уже в возрасте. Как правило, они выглядели старше своих лет, а их богатство свидетельствовало об успешно идущих делах. Очень часто они говорили об умерших женах и о необходимости найти няньку для своих многочисленных отпрысков.

Служанка понимающе улыбнулась.

– Отец велел вам надеть свое лучшее платье, мисс, потому что, возможно, вас ожидает ваш будущий муж.

С губ Аласдера было готово сорваться проклятие, но он сдержался. Он занимался торговлей по всему свету и шал, как важно сохранять спокойное выражение лица и быть сдержанным. Но еще никогда ему не было так трудно оставаться хладнокровным, как сейчас.

– Мне не нужна жена! – отрезал он. – Я хочу владеть землей, которая мне принадлежит.

– Тогда придется подождать, пока не вынесет свое решение суд, – сказал Драммонд и, глядя поверх головы Аласдера, поднял руку и нетерпеливым жестом подозвал кого-то из-за его спины.

Аласдер повернул голову. На пороге стояла девушка, которую он видел в развалинах. Ее темные волосы обрамляли бледное лицо и ниспадали до самой талии. При виде Аласдера ее до того упрямо сжатые губы разомкнулись, но тут же снова сжались. Обеими руками, сжатыми в кулаки, она схватилась за свою полосатую юбку. Короткий жакет был застегнут до самого верха. Было видно, как она па минуту задержала дыхание, а потом выдохнула так резко, что ее грудь натянула материю жакета. Было ясно, что ее застали врасплох.

– Моя дочь, – сказал Драммонд, хотя этого можно было и не говорить. Она была вылитая мать.

Девушка не шевельнулась, она уставилась в пол, будто выщербленные камни представляли для нее огромный интерес.

– Изабел, – позвала девушку мать.

Изабел. Это имя ей подходит, подумал Аласдер. Заставив себя отвести от нее взгляд, он снова посмотрел на Драммонда.

– Я не стану торговаться, Макрей. Вы получите землю и мою дочь за цену, которую я вам назову. Но если у вас нет денег, все останется так, как сейчас.