– Что за чертовщину ты несешь?

– Извини, – вновь прошептала она, и, видимо, это разозлило его.

– Послушай, у меня очень важная встреча, так что не могла бы ты, наконец, объяснить причину этого… этой столь неожиданно оказанной мне чести?

Его сарказм ранил ее. Она вновь прикрыла глаза и постаралась поглубже вздохнуть, стараясь не обращать внимания на боль, которую причиняло каждое его ядовитое слово.

– Мне нужно…

А что она, собственно, от него хочет? Джоанна была настолько унижена, что причины ее звонка внезапно показались далекими и несущественными. Паника вновь охватила ее. Она облизнула пересохшие губы.

– Мне нужен твой совет по одному вопросу. – Она не могла сразу признаться, что единственной причиной, по которой она позвонила ему впервые за два года, были деньги. – Не мог бы ты встретиться со мной и… поговорить?

Ответа не последовало. Ее нервы были напряжены до предела. Паника тисками сжимала грудь, не давая вздохнуть. Больше всего на свете она боялась сейчас разрыдаться.

– Сегодня вечером я улетаю в Рим, – равнодушно проинформировал ее Сандро. – Весь день расписан по минутам. Тебе придется подождать неделю до моего возращения.

– Нет! Я не могу ждать так долго! Я… – Ее голос прервался, она закусила губу. Потом, внезапно сдавшись, она прошептала: – Хорошо… это не имеет значения. Я… я сожалею, что побеспокоила тебя…

– Черт! Не смей вешать трубку! – Он всегда читал ее как открытую книгу.

Джоанна услышала, как он пробормотал что-то, весьма похожее на ругательство, по-итальянски. Сандро всегда переходил на родной язык, когда его выводили из себя. Она ясно представляла себе, как именно он выглядит сейчас. Высокий и стройный, обладающий невероятным латинским шармом, черноволосый, с темно-карими глазами, которые темнели в минуты гнева и становились почти черными. Она представила себе и его чувственный, прекрасной формы рот…