— До тех пор пока я не взял дело в свои руки, компанией фактически руководил Деон Маридис, лучший друг моего отца. Он хороший человек, но под его руководством доходы компании начали стремительно падать. В прошлом году мы потерпели убытки.

— Что? — Рид выпрямился в кресле. — Признаться, я не разбираюсь в дорогих торговых марках, но твоей компании принадлежит несколько самых известных марок в мире. «Ария карз», «Бугаретти Джуэлз», «Кэрридж Ледерз»… Я на прошлое Рождество подарил жене сумку этой фирмы. Эта покупка обошлась мне в целое состояние. — Он усмехнулся, затем нахмурился. — Как они могут терпеть убытки?

Себастьян наклонился вперед.

— Наши марки пользуются известностью с двадцатых годов прошлого века, но многие из них с тех пор претерпели изменения. Методы производства устарели и стали неэффективными, к тому же руководство компаний не прилагает особых усилий, чтобы привлечь новых клиентов. Сейчас на рынке появилась масса фирм, чьи товары пользуются большим спросом, чем товары тех фирм, которые принадлежат нам. Я хочу встряхнуть эти компании и сделать их конкурентоспособными. Также я планирую заставить их сориентироваться на молодое поколение.

— Звучит так, как будто тебе нужно проводить ребрендинг, как это сделали «Бэрберри» и «Мини Купер».

— Точно.

Наклонив голову, Рид улыбнулся.

— Что-то вроде того, что ты проделал с Каспией.

Себастьян испытал гордость.

— Это правда. Десять лет назад у Каспии не было ни иностранных инвесторов, ни туризма, ни большого бизнеса.

Рид поднял бровь.

— Зато теперь у вас есть отели, модные бутики и рестораны, в которых туристы оставляют свои деньги. И тебе удалось добиться этого в одиночку за последние десять лет.

— Этим я частично обязан моей секретарше Тессе. У нее талант организатора.

— Тебе с ней повезло.

— Думаешь, я этого не понимаю? — Себастьян сжал руку в кулак. Как она только может бросить его в такое тяжелое время? — Мы усердно работаем, чтобы привлечь новых инвесторов.