— Я не убивала!

— Все так говорят, красавица.

— Но я правда не убивала!

— И это я уже слышал. Как говорил Станиславский: «Не верю!»

Лилька заходилась от бессильной злости и скрежетала зубами. А следователь улыбался, очень довольный ходом дела. Он явно уже предвкушал грядущие лавры за раскрытие преступления.

Следователь Горшков становился героем. Его начальство в лице полковника Измаилова воспылало рвением сделать их отделение примерно-показательным. Это намерение было тоже не бескорыстным, а являлось следствием проводимого по городу соревнования между районными отделениями.

Победитель получал денежный приз, всеобщее признание и две недели внеочередного оплачиваемого отпуска для сотрудников. В разгар лета все сотрудники, и Горшков в том числе, рвались в лидеры из последних сил. И вот теперь у Горшкова все должно получиться! Он вычислил убийцу!

В эту версию Горшков поверил и сам. Да так основательно, что отпускать Лильку не собирался, несмотря на появление в отделении ее отца, вызванного им адвоката и двух подруг подозреваемой, которые клялись и божились, что Лилька никогда бы не стала убивать Семена Семеновича, поскольку его вина перед ней была не так уж велика.

— Они еще не успели стать любовниками! — твердила одна из девиц — высокая и рыжая. — Понимаете? Лильке не за что было ненавидеть Семена Семеновича.

— Моя дочь всегда имела твердые моральные принципы! Я сам их ей внушал! С детства!

— Лилька не стала бы никого убивать, — печалилась вторая подружка — пухленькая и беленькая.

— Вы прекрасно понимаете, что вам нечего предъявить моей клиентке, — талдычил адвокат. — Незаконное проникновение в чужую квартиру — это не повод для задержания. Ведь никакого взлома не было. Дверь квартиры была открыта. Любой мог зайти, чтобы проверить, все ли там в порядке.