— Положи их в банк!

— В банк? Зачем же в банк? И потом, в какой банк?

— Да в любой. Открой там счет, тебе дадут пластиковую карту. «Визу», например, можно взять.

— Зачем мне виза? Куда я поеду? И потом, я должна быть дома. Ждать Сенечку!

— Господи! — возмутилась Раечка. — Виза не в смысле, что ты куда-то поедешь. Виза в смысле, что это название пластиковой карты.

— Пластиковой карты, — машинально повторила Глаша и с неожиданно проснувшимся любопытством спросила: — А что это такое?

— Ты что, никогда не клала деньги на свой счет в банке?

— Нет. Понятия не имею, как это делается.

— О-о-о!!! Папа не давал тебе наличных денег?

— Почему же. Давал.

— И ты ничего с них не отложила?

— Нет.

— Он тебе много давал!

— Я тратила деньги на хозяйство. А на те, что оставались, покупала подарки. Детям, тебе, маме.

— И ты ничего не накопила?

— Нет. А зачем?

Глаза Глафиры светились неподдельным изумлением. Похоже, она в самом деле плохо представляла, как и что следует делать с деньгами, чтобы крупная сумма не исчезла в несколько дней. Раечка даже схватилась за голову.

— Отдай эти деньги мне! — заявила она. — Иначе ты их просто потеряешь.

Глаша с готовностью кивнула:

— Бери! Конечно, бери! У тебя они будут целее.

Раечка уже протянула хваткую лапку, чтобы наложить ее на папины денежки, но тут вмешалась Кира:

— Погоди, Глафира, — произнесла она, вставая между деньгами и хваткой Раечкой. — Хорошо, пусть ты не умеешь пользоваться пластиковой картой. Но ты ведь знаешь, что такое сберкнижка?

— Конечно, — бодро кивнула женщина. — У моей бабушки была сберкнижка. Она на нее пенсию складывала. Говорила, что иначе мои родители все пропьют. Вы не представляете, какая у нас каждый раз после этого в семье склока бывала. Отец узнавал, что бабушка снова отнесла пенсию на книжку, и начинал материться. Вы бы только слышали! Ногами топал, грозился! А сделать ничего не мог. Раз деньги положены на книжку бабушкой, то только бабушка и могла их оттуда снять.