— Да.

— Одна могла затаить на отца жуткую обиду за ту пощечину, что он ей в сердцах отвесил. А вторая… Вторую могли заколебать измены мужа.

— Глаша о них не знала.

— С этой Глашей фиг что поймешь. Могла и знать, да скрывать. Как говорится, в тихом омуте черти водятся.

— И что ты предлагаешь?

— Раз у нас на сегодняшний день есть сразу три подозреваемых, то я предлагаю разделиться и проследить за всеми тремя.

— М-м-м… Неплохая мысль.

— Мне, во всяком случае, ничего лучше в голову пока не пришло, — призналась Кира.

— Так вы согласны мне помочь? — обрадовалась Лилька.

— Мы тебе уже помогаем. Разве нет?

— Но у вас есть на это время?

— Найдем.

— А ваш бизнес? Мне-то в этом отношении проще. Взяла отпуск на работе, и все дела. Максимум, что мне грозит, — начальство по возвращении поругает. А у вас же собственная фирма.

— Подождет, — легкомысленно отмахнулась Кира.

— Дружба важнее!

— Девчонки! — воскликнула Лилька, кидаясь обнимать своих подруг. — Если бы вы только знали, как я вам благодарна! Просто не представляю, что бы со мной было без вас.

— Погоди благодарить. Лучше прямо сейчас распределить обязанности. Кто и за кем будет завтра следить.

— Да, — очнулась Лилька. — Правильно. А как мы распределим? У вас есть какие-нибудь предпочтения.

Предпочтений у подруг не было.

— Кинем жребий! — предложила Кира.

В качестве урны для жеребьевки отлично подошла Лесина панамка. Она была из мягкой ткани, с висячими полями и глубокой тульей. Кроме того, снаружи она была украшена веночком из шелковых ромашек, которые выгодно отличались от настоящих как цветом, так и размером. Честно говоря, некоторые из них больше походили на среднего размера подсолнухи. Так что вся конструкция получилась довольно внушительной, и носить ее на голове было не так-то легко. Но Леся все равно была в восторге от своей шляпки. И сейчас, предоставив ее для жеребьевки, вытребовала себе за это право первой сунуть руку в шляпу.