– Это все Карибы, – объяснила Роксана. – Жгучее солнце, иссушающий ветер, москиты и прочие прелести…

– Не желаю ничего слышать! – Мэгги даже уши заткнула. – В конце концов, это просто несправедливо! Почему я никогда никуда не езжу? Впрочем, с моим везением, если меня когда и отправят в командировку, то только в Гренландию. Или в Антарктиду. Иди-ка в зал, пока Кендис не отправилась нас разыскивать, а я сейчас приду.

Войдя в бар, Роксана сразу увидела Кендис, которая сидела за столиком и сосредоточенно изучала меню. При виде ее на губах Роксаны снова заиграла невольная улыбка. Кендис всегда выглядела одинаково – вне зависимости от того, где она находилась и что на ней было надето. Ее кожа неизменно была гладкой и чистой и как будто излучала спокойное матовое сияние; коротко подстриженные волосы всегда были тщательно уложены, и даже ямочки на щеках, появлявшиеся каждый раз, когда Кендис улыбалась, очень ей шли. И всегда, насколько помнила Роксана, Кендис смотрела на мир открытым и приветливым взглядом больших глаз, обрамленных густыми ресницами. «Неудивительно, что она – такая хорошая журналистка», – тепло подумала Роксана. Люди, у которых Кендис брала интервью, просто не могли не проникнуться к ней доверием.

– Эй, Кен, как дела? – окликнула она подругу. Кендис слегка вздрогнула от неожиданности, потом подняла голову и в следующий миг улыбнулась Роксане своей доверчивой и ласковой улыбкой.

«Удивительная вещь, – подумала Роксана. – Я могу спокойно пройти мимо сотни очаровательных младенцев в колясочках и не почувствовать ничего, однако одного взгляда на Кендис мне подчас достаточно, чтобы испытать прилив самой настоящей материнской нежности». Она решила, что, должно быть, какой-то неосознанный инстинкт заставляет ее испытывать совершенно иррациональное желание оберегать и защищать эту девушку с круглым личиком и чистым, как у невинного младенца, взглядом. Вот только от чего она должна защищать Кендис, Роксана толком не знала. От всего мира? От чужаков? От мужчин? Но ведь это было по меньшей мере смешно, и умом Роксана это понимала. В конце концов Кендис была всего на три или четыре года моложе ее и, конечно, давно знала, как устроен этот мир и чего ей следует опасаться. И все же рядом с ней Роксана часто ощущала себя человеком другого, старшего поколения.