Джина растерянно произнесла:

- Мистер Брэдшо, я.., это все так неожиданно... Мне нужно время, чтобы прийти в себя и все обдумать.

- О, конечно, конечно! Если вам понадобится моя помощь, звоните и приходите, не стесняйтесь.

- Спасибо. Вы очень добры.

Улыбка осветила красивое личико Джины, и мистер Брэдшо заметил, что глаза у нее изумрудно-зеленые. Красивая женщина. Слишком молодая, чтобы быть вдовой. Даже богатой вдовой.

Джина вернулась домой и обнаружила, что Джолли, маленькая рыжеволосая хохотушка, с которой они дружили уже лет семь и жили в одной квартире последние три года, чуть не лопается от любопытства.

- Я приготовила чай. Садись и рассказывай!

Они с Джолли были совершенно, абсолютно, немыслимо разными - потому, наверное, и ладили так хорошо. Джина всегда была тихоней, даже когда Стивен был жив, а уж после той катастрофы... Джолли же излучала жизнерадостность и любовь ко всему миру, ей до всего было дело, и прозвище Огонек совершенно органично прилипло к ней еще в колледже.

Удивительно было то, что характеры обеих молодых женщин совершенно не соответствовали их работе.

Взрывная общительная Джолли занималась бухгалтерскими отчетами на дому, иногда брала переводы, а вот тихий ангел Джина очень часто уезжала в командировки, работая в фирме, занимающейся организацией и проведением различных конференций и саммитов по всей Европе и Америке.

Они прошли на маленькую уютную кухоньку и сели за небольшой белый стол. Джолли разлила чай по хрупким фарфоровым чашкам и выжидательно уставилась на Джину. Та немного помолчала, отпила пару глотков чая, а потом сказала тихо и просто:

- Джон сделал меня своей единственной наследницей. Я теперь богата.

Джолли присвистнула. Джина слабо улыбнулась.

- Помимо денег и акций мне достался настоящий дворец в Венеции.

- Шутишь?!

- Нисколько.