— Значит, серебряный гребень леди Хоршем остался у нее? — спросил Уатт. — Насколько я знаю леди Хоршем, этот гребень стоит по меньшей мере фунтов двадцать. Прости мой скептицизм, но весьма даже неплохая прибыль за минутную работу.

— Ты неверно судишь о ней, — настаивала леди Эвелина. — Этот обычай ввела герцогиня Реммингтон, когда мисс Берк рассказала историю ее изумрудной брошки. Когда герцогиня узнала, что вещь досталась ей после того, как ее прежнюю хозяйку обезглавили во время французского террора, она настояла, чтобы мисс Берк взяла брошку в подарок или использовала для благотворительности.

— И полагаю, мисс Берк сочла себя достойной заниматься благотворительностью. — Уатт боролся с почти непреодолимым желанием снова посмотреть на женщину в зеленом. Ему вряд ли удастся примирить в своем воображении образ невинной чаровницы с шарлатанкой. Он слышал, что те, кто занимается оккультизмом, иногда могут гипнотизировать людей. Может, в этом причина, что его мать внезапно потеряла здравый смысл, и странного воздействия мисс Берк на него самого. — Если она из уважаемого семейства, почему ее родители не положат конец ее фокусам?

— Ее родители умерли. Кроме младшего брата, у нее в этом мире никого нет.

Уатт смотрел, как мать играет с веером, — верный признак волнения.

— Что еще ты мне не сказала?

— Все сказала, — ответила она и предложила: — Хочешь познакомиться с мисс Берк? Уверена, ты найдешь ее очаровательной.

— Кто были ее родители?

— О, дорогой. — Улыбка исчезла с лица леди Эвелины. — Тебе не понравится мой ответ. Но должна сразу сказать, что мисс Берк ни в коей мере не отвечает за поступки своего отца. К тому же она была совсем девочкой, когда случилась та неприятность между бароном Ротвеллом и твоим покойным отцом.