Волнение Таны еще не улеглось, когда вечером того же дня они с матерью отправились в ресторан. Им подали деликатесный обед, и Джин преподнесла дочери сюрприз, заказав шампанское. Вообще говоря, Джин не хотела с таких лет приучать дочь к спиртному: судьба ее собственных родителей и Мери Дарнинг была еще свежа в ее памяти. Однако сегодня допускалось исключение. Поздравив дочь с бокалом в руке, она преподнесла ей небольшой футляр от Артура. Выбирала подарок, конечно, сама Джин, как все другие подарки, даже и те, что предназначались его собственным детям. Внутри лежал красивый золотой браслет, который Тана надела себе на запястье с выражением сдержанной радости.
- Очень мило с его стороны, - сказала она без особого, впрочем, воодушевления, и обе они знали почему.
Тана не стала вдаваться в дискуссии на эту тему, не желая огорчать Джин.
А к концу недели Тана проиграла ей решающую битву: у нее не хватило терпения слушать непрестанные материнские причитания, и она согласилась пойти на вечеринку к Билли Дарнингу.
- Но это в последний раз, мам. Договорились?
- В кого ты такая упрямая, Тана? Ведь тебе оказали любезность.
- Но почему? - Глаза девушки полыхнули зеленым огнем, и язык повернулся раньше, чем она успела сдержать себя. - Потому что я - дочь наемной служащей? Всемогущий Дарнинг снизошел до меня! Это все равно что пригласить горничную.
Глаза Джин наполнились слезами, а Тана удалилась к себе в комнату, проклиная свою несдержанность.