Ей было очень страшно в первые месяцы, а также в самом начале, когда в один прекрасный день у нее не осталось никаких сомнений, что она беременна. В момент отъезда мужа Джин надеялась, что ребенок поможет ей перенести горе разлуки, но теперь вдруг испугалась. Это означало уход со службы, одиночество, безденежье. На какие средства она будет содержать себя и ребенка?

Джин помнила реакцию мужа, когда впервые поделилась с ним своими подозрениями. Но после того, как она сообщила Энди на фронт и получила в ответ восторженное послание, все снова представилось ей в розовом свете. К тому времени истекло уже пять месяцев, и ее состояние немного стабилизировалось.

На досуге будущая мама занялась превращением своей спальни в детскую. Конверт для ребенка она сшила сама — белый с желтыми лентами. Она вязала маленькие чепчики, башмачки, кофточки. Стены детской Джин расписала яркими картинками, а на потолке изобразила белые облака. Увидав это, соседка по площадке отругала Джин за то, что та забралась на стремянку. Но как еще ей было убить свободное время? Джин не позволяла себе даже ходить в кино, не желая тратить ни одного лишнего пенни из своих сбережений и из тех денег, которые получала за мужа. Все это предназначалось ребенку, с которым Джин собиралась оставаться дома несколько первых месяцев.

Когда же деньги кончатся, придется искать няню и возвращаться на службу. Она надеялась, что старенькая миссис Вайсман с четвертого этажа согласится посидеть с ее ребенком. Эта добросердечная женщина, живущая здесь уже много лет, пришла в восторг, узнав, что молодая женщина ждет ребенка. Теперь она навещала ее каждый день, а иногда и поздно вечером, когда не могла заснуть из-за летней духоты. Если у Джин горел свет, старушка запросто заходила к ней на огонек.