На перроне, как обычно утром, преобладали дачники: старушки и старики, разновозрастные отпускники — мужчины и женщины — с рюкзаками, сумками на колесиках, многочисленными ведрами, корзинами и кошелками. Сейчас они настроены весьма благодушно: дары садов и огородов не оттягивают руки и плечи, не ноют от усталости ноги, не кружится голова и не повысилось давление от целого дня, проведенного на солнцепеке. Полусонные дети не крутятся под ногами, а покорно держатся за руки мам и бабушек — досыпают на ходу. Мужчины торопливо докуривают «Беломор» и мирно беседуют на извечные темы: получится ли по возвращении выпить холодного пивка, попасть на футбол и с каким счетом продуют на этот раз портовики своим соперникам — морякам-пограничникам. Женщины заняты обсуждением более насущных семейных проблем: как распорядиться излишками выращенных нелегким трудом плодов и овощей, где достать крышки для консервирования, удастся ли вечером купить детям молока…

Подходит пригородная электричка, и сразу же пестрая, разноголосая толпа рысцой спешит навстречу, разбивается на несколько групп и устремляется в вагоны.

Каждый раз, наблюдая за посадкой, Наташа не переставала удивляться этому действу — то ли спешная эвакуация отступающих войск, то ли взятие пиратами на абордаж торгового судна, а может, и штурм крепости Измаил героическими русскими войсками. Благонравные бабули и дедки, прокладывая дорогу в вагон, шустро работали локтями, одновременно успевая во всю поносить и железнодорожное начальство, и современную молодежь, и узкие двери, и высокие ступени, и зазевавшуюся невестку, и отставшего внука… Словом, поводов для физзарядки голосовых связок действительность подбрасывала им неимоверное количество.