Каждое дело, которое он мне поручал, не терпело отлагательства, было, по его словам, жизненно важным и совершенно секретным.

– Ванда, детка, – говорил он мне, протягивая очередной пакет. – Обязательно найди этого человека. Никому, кроме него, документы не отдавай. Это очень важно, Ванда. – Ему доставляло какое-то удовольствие постоянно повторять мое имя, смаковать его, словно это было не имя, а желе из экзотических фруктов.

Я отправлялась то в банк, то в дружественную фирму, то в юридическую контору. Везде было одно и то же: посидите, подождите, торжественное появление шефа, его могущественная рука забирает документы, ну и так далее. Я удивляюсь, как люди могут обречь себя на подобное прозябание в конторских стенах? Но кто бы говорил! Мой жалкий удел был еще хуже. Хотя в курьерской работе были и радости. Например, во время разъездов я могла читать книги, что изрядно скрашивало мои унылые будни.

В офисе меня никто не замечал, кроме Дика, раздававшего поручения курьерам. Для огромной компании такое отношение к представителям низшей иерархии более чем нормально.

Шелест важных бумаг, суета, интриги… У работников фирмы весьма насыщенная жизнь.

Впрочем, я была даже рада невнимательности коллег. Благодаря этому у меня сложилось ощущение, что я сама по себе и не завишу от них.

Несколько раз я видела босса компании, о котором частенько перешептывались секретарши в курительной комнате. Он был красавцем: глаза стального цвета, темные волосы, чувственный рот. На вид ему было меньше тридцати лет.

И, честно говоря, он был совсем не похож на руководителя крупной фирмы. Наверное, его богатый папочка состарился и передал сыну бразды правления. Это единственное объяснение, которое пришло мне в голову.

Впрочем, меня не слишком интересовала его персона. Первый месяц на новой работе заканчивался, и я лихорадочно думала над тем, куда мне податься. Однако газеты не пестрели перспективными вакансиями для учительницы географии.