Кредиторы нахмурились. Очевидно, никто из них не задумывался над этой проблемой.

Седые брови полицейского с Боу-стрит поползли вверх, в его глазах появилось странное выражение. Однако он ничего не сказал. Да и с какой стати? Деловая сторона этого вопроса его не касалась.

Кредиторы переглянулись и пришли к молчаливому согласию. Главный из них заговорил:

— Ваш персонал останется здесь. Мы уже договорились о продаже недвижимости, и новый владелец дал понять, что хочет, чтобы все осталось как прежде.

— За исключением вас, мисс Лодж. — Второй кредитор с глубокомысленным видом добавил: — Новому владельцу вы не нужны.

Элеоноре стало чуть легче. Людям, которые работали на нее, опасность не угрожает. Теперь можно переключить внимание на собственное будущее.

— Полагаю, вы дадите мне время упаковать мои вещи? — холодно спросила она.

Никто из кредиторов, судя по всему, не почувствовал, сколько презрения было в этих словах. Один из них вынул из кармана часы.

— В вашем распоряжении тридцать минут, мисс Лодж. — Он кивнул на дюжего мужчину с Боу-стрит. — Мистер Хитчинз будет возле вас в течение всего времени, пока вы будете собирать вещи, чтобы убедиться, что вы не заберете с собой серебро. Когда вы будете готовы ехать, один из фермеров отвезет вас в деревню и высадит у гостиницы. Что вы будете делать дальше — это ваши проблемы.

Элеонора вышла из комнаты с гордо поднятой головой, стараясь не потерять достоинства и самообладания, за ней последовали рыдающая экономка и расстроенная горничная.

И хотя у Элеоноры голова шла кругом от свалившегося на нее бедствия, она понимала, что необходимо держать себя в руках перед этими двумя женщинами. Она постаралась изобразить ободряющую улыбку.

— Успокойтесь, — бодро произнесла она. — Как вам только что сказали, вы продолжите выполнять здесь свои обязанности, мужчины тоже сохранят свои рабочие места.