— Но, может, она доверилась кому-то из коллег или из начальства, если это связано с работой.

— Или приятелю, — добавила Ева.

Чем выше они поднимались в лифте, тем больше народу набивалось в кабину. До Евы доносился запах мятного мыла от заступающих на смену и запах пота от тех, кто смену сдавал. Она локтями проложила себе дорогу к выходу на нужном этаже.

— Давай подготовим комнату для допроса, — сказала она. — Не хочу допрашивать сестру в приемной. Слишком много отвлекающих факторов. Если ей нужен психотерапевт, пусть приходит вместе с ней.

Но сначала Ева прошла через «загон» к себе в кабинет. Она сбросила пальто и оперативно проверила алиби свидетельницы. Палма Копперфильд работала на рейсе Лас-Вегас — Нью-Йорк. Ее самолет приземлился примерно в то самое время, когда кто-то в южной части города душил ее сестру.

— Даллас!

Ева оглянулась и увидела Бакстера, одного из детективов своего отдела.

— Я два часа кофе не пила, — предупредила она. — Или три.

— До меня дошло, что тебя тут дожидается некая Палма Копперфильд.

— Да, свидетельница. Ее сестра была задушена сегодня рано утром.

— О, черт… — Он провел рукой по волосам, откидывая их со лба. — А я-то надеялся, что это ошибка.

— Ты их знаешь?

— Палму немного знаю. Убитую — нет. Познакомился с Палмой несколько месяцев назад на вечеринке. У друзей общих друзей. Мы несколько раз встречались.

— Ей двадцать три года. Бакстер поморщился:

— Я тоже пока на пенсию не собираюсь, не надейся. Ну, в общем, ничего такого не было. Славная женщина. Очень славная. Она пострадала?

— Нет. Обнаружила в квартире свою мертвую сестру.

— Да, не повезло. Черт. По-моему, они были очень близки. Палма рассказывала, что останавливалась у сестры, когда прилетала в Нью-Йорк. Как-то раз я подвозил ее к дому на Джейн-стрит после ужина в ресторане.