Они свалились наземь, Ким сверху, противник – под ним, но ситуация вдруг изменилась – можно сказать, с пугающей быстротой. Ким почувствовал, что летит куда-то, рассекая воздух, проносится над грязной лужей, кустами и парой колдобин, затем последовал удар о стену, хруст в плече и обжигающая вспышка боли. Он сполз на растрескавшийся асфальт, скрипнул зубами и начал медленно подниматься на ноги. Гирина рожа – родинка, густые брови, переломанный нос – висела над ним, подобно лику дьявола
– Чего тебе надо, лох припадочный? Ты что в чужую разборку встрял? И на кого ты тянешь? – полюбопытствовал бритоголовый и, злобно прищурившись, выдохнул: – Я из тебя жмурика сделаю! Не отходя от кассы!
Ким встал, попробовал стиснуть кулаки, оглянулся назад, откуда, протирая лицо платком и матерясь по-черному, надвигался Петруха. В голове гудело, в плече разливалась боль, словно его подвесили на дыбе, локоть был окровавлен, и пальцы левой руки никак не хотели сгибаться.
“Сейчас они мне вломят”, – мелькнула мысль.
Мысль оказалась верной – вломили ему до потери сознания.
Диалог первый
– Вот она, Олежек… Вон там! Бежит! Бежит!
– Где, Барби?
– Сказано, не зови меня Барби! И глаза разуй! Говорю, к ларькам бежит!
– Что же она в квартиру-то не пошла? Ведь договаривались…
– Ни о чем не договаривались! Ты ведь слышал, что я сказала – подыхаю, мол, приезжай… еще стонала, как бегемот беременный…
– Стонала ты хорошо, Варенька, с чувством! Сладкий мой бегемотик…
– Ну-ка, руки убери! Не время! И махни Игорьку, чтоб тачку подогнал. Сейчас я ее перехвачу…
– Ты с ней поосторожнее, Барби. Дашутка вроде бы не в себе… вон, мчится, как оглашенная. Может, помочь?
– Не твоя забота! Тачку давай! И не зови меня Барби, чмо неумытое!
Глава 2