- Как это утонула? - изумилась девочка. Но Жанет не стала отвечать на этот вопрос, подхватила Констанцию и стала расхаживать с ней по комнате, словно та была грудным ребенком. Она качала ее, и та понемногу успокаивалась. Правда, ее личико оставалось грустным, и слезы все еще поблескивали в глазах.

Жанет уложила девочку на мягкую перину и сама присела рядом.

Констанция еще долго вздрагивала и не выпускала пальцев девушки из своего кулачка.

- В следующий раз я обязательно тебе скажу, где буду прятаться, прошептала Констанция, - и тогда ты сможешь найти меня первой и никто не будет на меня сердиться.

- Не думай больше об этом, - сказала Жанет, - теперь ты никогда не заставишь волноваться свою мать, бабушку и слуг.

- Я буду послушной. Жанет, а я красивая? - вдруг спросиа она?

- Ты очень красивая, - сказала служанка, поправляя ее волосы.

- Такая же красивая, как мама?

- Красота женщины и красота ребенка - это две совсем разные вещи..., сказала Жанет и замолчала.

Констанции еще было не понять подобных мыслей. Девочка считала, что ее мать самая красивая женщина в мире, а отец самый мужественный и благородный мужчина.

- А вдруг отец уже приехал? - спохватилась Констанция и попыталась сесть.

Жанет ласково уложила ее и сказала:

- Если отец приедет, он сразу же придет к тебе.

- А если мама его не пустит?

- Он все равно придет.

- Хорошо, Жанет. Ты больше не сердись на меня.

- Я и так на тебя не сержусь, - сказала девушка. - Ты очень милый ребенок и совсем не доставляешь мне хлопот, разве что иногда.

Но Констанция уже не слышала последних слов. Измученная страхами и волнениями, девочка сладко уснула. Она еще шептала, засыпая, кого-то звала, но слов уже разобрать было невозможно.