- Потому что, дорогая, его доверили мне. И я поклялся не отходить от него ни на шаг.

- Неужели, дорогой, ты опасаешься кого-либо у себя дома?

- Нет, но если я пообещал, значит так оно и будет.

Маргарита насторожилась. Что-то в поведении мужа показалось ей странным, чего-то он не договаривал.

И женщина решила выведать, что же за сундучок он привез из Парижа.

Графиня Эмилия Аламбер хоть и слышала, как подъехала карета, осталась сидеть за карточным столиком и поднялась только, когда сын вошел в гостиную.

Рене улыбнулся матери и, подойдя к ней, поцеловал руку. А она поцеловала его в щеку и пригладила растрепанные русые волосы.

- Мы так ждали тебя, Рене. Я говорила Маргарите, что ты приедешь сегодня.

- Откуда ты знала? Ведь я мог задержаться в дороге, могла сломаться карета. Да мало ли что могло случиться?!

- А я знала, - сказала Эмилия, - материнское сердце невозможно обмануть. Да и карты мне показали, что ты приближаешься к дому.

Рене вновь улыбнулся и обнял мать.

- Ты не меняешься, как я тебя оставил за карточным столиком, когда ты раскладывала пасьянсы, так я тебя и застал. Тот же столик, те же карты и тот же неудавшийся пасьянс.

- Нет-нет, Рене, пасьянс, как раз-то удался. Вот посмотри сам.

Рене бросил беглый взгляд на столик и увидел, что все карты лежат на своих местах.

- Да! - изумился он. - этот пасьянс редко удается.

- Я с каждым разом все больше и больше совершенствуюсь в этом искусстве. Ожидая тебя, нужно же мне чем-то занимать мысли и руки!

***

Констанция, которая крепко спала, вдруг заворочалась, словно что-то почувствовала. Она открыла глаза и несколько мгновений смотрела в потолок, потом вскочила и подбежала к окну. Она была еще слишком мала, чтобы выглянуть во двор, поэтому взобралась на стул и увидела карету внизу.

- Карета! Карета! - закричала малышка на всю комнату. - Отец приехал!