Граф де Бодуэн поклонился и быстро заспешил отдавать распоряжения насчет кареты. Когда он вернулся, Констанция все еще стояла перед венецианским зеркалом, рассматривая свое отражение придирчивым взглядом.

- А твоя мать едет? - обратилась Констанция к зеркалу, в котором она видела отражение Армана.

- Да, по-моему, она тоже приглашена, - ответил граф де Бодуэн.

- Хорошо, тогда поедем все вместе. Так ты говоришь, Арман, король Витторио прям и честен?

- Да, ты будешь восхищена этим человеком. Он совсем не похож на всех остальных.

- Хотелось бы верить, - заметила Констанция, поправляя шуршащие складки своего платья.

А затем, прикоснувшись ладонью к парику, немного пригладила и без того идеально уложенные локоны.

На концерт были приглашены только самые близкие и самые знатные вельможи. Констанция заняла свое место, справа от нее сидел муж, а слева графиня Люция де Бодуэн, мать Армана. Арман и его мать смотрели по сторонам, раскланивались, следили за всем происходящим. А Констанция сразу же отдалась во власть музыки. Она прикрыла глаза, откинулась на спинку мягкого кресла, и ее мысли унеслись очень далеко. Играл клавесин, две лютни и флейта, а двенадцатилетний певец исполнял песни о любви.

Это было довольно-таки странное сочетание - двенадцатилетний мальчик поет очень серьезные песни о любви. Но Констанция на это не обращала внимания, ее мысли были там, где шумел водопад, катились прозрачные воды горного ручья, а в прозрачной воде стремительно носились сверкающие форели.

Констанция видела высокое безоблачное небо, птиц, слышала их голоса. Картины менялись одна за другой, перед ее взором возникали голубоватые холмы, дороги, всадники, мчащиеся в разрывах тумана,слышались какие-то выстрелы...