Здесь ничего не изменилось за время отсутствия хозяина. Лишь только летняя зелень сменилась желтизной и багрянцем осени. За окном кареты промелькнул огромный старый клен, несколько листьев сорвалось и полетело вслед удаляющемуся экипажу. Кучер объехал большую круглую клумбу и остановился у парадного входа.

Граф еще не успел ступить на подножку, как входная дверь распахнулась и к карете устремилась радостно улыбающаяся Маргарита. Она бросилась на шею мужу, крепко обняла его и прошептала:

— Ты почему так долго ехал?

Ее шепот отозвался щекоткой, и граф улыбнулся.

— Я ехал как мог быстро. Посмотри на лошадей.

— Но все равно, наша разлука была такой долгой! Мне кажется, что прошла целая вечность с того времени, как ты отправился в Париж.

— А где Констанция? — спросил он, немного отстраняясь от жены и заглядывая ей в глаза. — Почему она меня не встречает?

— Она сегодня провинилась и теперь спит.

— Я хочу увидеть ее прямо сейчас, — сказал Рене.

— Нет, лучше подожди, пусть она проснется, у нее был трудный день.

— А что случилось? — насторожился Рене, но перехватил улыбку жены.

— Я, наверное, испугалась куда больше, чем сама Констанция. Представляешь, она спряталась, и мы битый час не могли ее найти. А потом оказалось, что Констанция забралась в пристройку дома садовника, в ту, где он хранит семена и инструменты, и уснула. Представляешь, мы ее везде искали, перевернули весь дом, подвалы, чердак, а она спала безмятежно, как ангел.

Рене отдал слугам приказание, чтобы выгрузили багаж, а сам взял небольшой сундучок и понес его в дом.

— Рене, что там такого ценного? Почему ты не можешь доверить его другому?

— Потому что, дорогая, его доверили мне. И я поклялся не отходить от него ни на шаг.

— Неужели, дорогой, ты опасаешься кого-либо у себя дома?

— Нет, но если я пообещал, значит так оно и будет.