Вы можете спросить, мадам, откуда мне все это известно? Я вам отвечу. Анри мой друг, но не более того, поэтому мне известно о нем многое. Вы можете посмеяться над моими предупреждениями, но совесть не позволяет мне молчать.

Остерегайтесь виконта Лабрюйера и лучше всего покиньте имение. Возвращайтесь в Париж. Напоследок, мадам, я прошу вас об одном — не говорите Лабрюйеру о том, что я предупредила вас».

Констанция подписала письмо.

«Сегодня же она получит его, — усмехнулась женщина, — а теперь к Франсуазе».

Баронесса встретила Констанцию с распростертыми объятиями. Она уже успела соскучиться по своей родственнице и без остановки принялась высказывать свои опасения.

— Дорогая моя, я так опасаюсь за Колетту.

— А что с ней может случиться?

— Я боюсь, дворецкий видел возле моего дома этого мерзавца, шевалье Александра. Чего доброго, он похитит мою дочь.

— Но, Франсуаза, Колетта сама разберется во всем.

— Нет, она еще ребенок.

— Не собираешься же ты держать ее взаперти?

— Это единственный выход, Констанция.

— А, по-моему, существует еще один.

Франсуаза с недоверием посмотрела на свою гостью.

— Ты хочешь предложить свои услуги, Констанция? Ведь ты же знаешь, сама я не могу покинуть Париж.

— Я думаю, дорогая, лучше увезти Колетту на несколько дней за город. Смена обстановки поможет ей забыть о своей детской влюбленности. Я буду неотлучно при ней. Можешь не беспокоиться — с улыбкой на губах промолвила Констанция Аламбер.

— Ты просто спасаешь меня.

— Да, полно, Франсуаза…

— Нет-нет, Констанция, сколько раз мне доводилось убеждаться: ты заботишься о моей дочери так, как не могу позаботиться я сама. Она тебя любит, доверяет, а главное, слушается.