— Не беспокойтесь, месье, я упал с лошади и ударился о землю тем местом, которое гораздо ниже головы и, в отличие от нее, не имеет для меня такой ценности.

Знатный господин рассмеялся.

— Ну, что ж, и это хорошо.

— Месье, у меня будет к вам небольшая просьба. Пожалуйста, помогите мне догнать на вашем экипаже этот почтовый дилижанс. Боюсь, что с такой лошадью, как у меня, я смогу поравняться с ними только в Меце. Это вам по дороге. Когда мы сядем в экипаж, я вам все объясню.

Знатный господин в нерешительности посмотрел на Ретифа.

— Я бы с удовольствием помог вам, однако, как видите, в моем аспоряжении маленький одноместный экипаж, который не позволяет мне подвозить прохожих, попадающихся на дороге.

Ретиф принялся хлопать себя по карманам в поисках денег, однако, убедившись в том, что все его скудные финансовые запасы истощились, умоляюще произнес:

— Месье, мне нечем вам заплатить, однако я был бы вам невероятно благодарен, если бы вы смогли мне помочь. Я даже уверен в том, что благодарность по отношению к вам будут испытывать и наши потомки.

— Вот как? Почему же?

— Я уверен в том, что мы с вами являемся свидетелями одного очень важного события, связанного с революцией. Возможно, оно даже повернет ход истории.

Поскольку знатный господин по-прежнему сомневался, Ретиф торопливо продолжил:

— Извините, месье, я не представился. Мое полное имя — Николя Эдме Ретиф де ля Бретон.

Лицо знатного господина выразило смятение.

— Так это вы сам Николя Ретиф де ля Бретон, автор «Естественной женщины», «Парижских ночей», множества памфлетов и статей?

Ретиф улыбнулся.

— Благодарю вас, месье, за то, что вы знаете мои произведения. Хорошо еще, что вы не упомянули «Развращенную крестьянку». Да, у меня много произведении. Но лично мне больше нравятся философские эссе. Знаете ли, отец всегда имеет право любить не тех детей которые нравятся окружающим. А с кем имею честь разговаривать?