Экипаж ехал мимо широких крестьянских полей, на которых работали люди во взмокших холщовых рубахах и соломенных шляпах. Пока шевалье де Сен-Галь дремал, прислонившись к стенке экипажа, Ретиф вытащил из необъятных карманов своего плаща листок бумаги и карандаш и принялся записывать все события, которые произошли с ним, начиная со вчерашнего вечера. Он был уверен в том, что ему обязательно придется описать их в своей будущей книге. И эта книга будет самой интересной из тех, которые вышли из-под его пера.

Увлеченный своим делом, он не сразу почувствовал, что пыль начинает мешать ему работать. Высунув голову из кареты, Ретиф увидел совсем недалеко впереди огромные колеса почтового дилижанса, из-под которых поднимались облака пыли.

Он торопливо сунул карандаш и листок бумаги со своими пометками в карман плаща и принялся трясти шевалье де Сен-Галя.

— Просыпайтесь, мы догнали дилижанс!

— А? Что случилось? — сонно спросил тот, открывая глаза.

— Дилижанс! Вон он, впереди! Шевалье оживился.

— Нам нужно обогнать его. Пристегните, пожалуйста, ремни.

Шевалье, как азартный гонщик, высунулся из экипажа и закричал кучеру:

— Гони же, гони! Нам нужно обогнать этот дилижанс! Давай, поскорее!

Экипаж быстро нагонял почтовую карету, которая неторопливо двигалась по дороге. Поля вокруг сменились лесом, и дорога сузилась. Услышав позади себя какой-то шум, молодой кучер приподнялся на козлах.

— Что они делают? — изумленно протянул он. — Они не имеют права обгонять нас. Мы не сможем разъехаться на этой дороге. Гони! Кучер постарше принялся изо всех сил стегать лошадей кнутом, разгоняя громадный почтовый дилижанс, который и без этого двигался со страшным шумом.

— Гони, гони! — кричал один кучер другому. — Мы не позволим им обогнать нас.

Жакоб, который испуганно ухватился за поручни, взвизгнул: