
- Ты купила ее? - сердито спросил Джед.
- Конечно. Она мне очень понравилась.
- Я ведь сказал, что подарю эту клетку, если тебе так хочется.
- Но это слишком дорогой подарок. С какой, стати ты мне должен дарить произведения искусства?
- Это не искусство, это мое хобби.
- Но ты, должно быть, потратил уйму сил и времени.
- А для чего же еще существуют хобби?! Это ужасно: ты отдала столько денег за то, что я мог бы тебе просто подарить!
- Ничего. Хозяйка галереи сделала мне скидку, узнав, что я подруга мастера.
- И много ли уступила тебе Кони? - ехидно переспросил Джед.
- Десять процентов. К тому же ты сам слишком дешево продаешь свои клетки. Кони тоже так считает. За такие замечательные вещи можно брать в два, а то и в три раза больше.
- Когда мне потребуется агент по распродаже клеток, я непременно посоветуюсь с тобой, - рассерженно отозвался Джед. - А пока позволь мне самому решать, за какую цену продавать свои клетки и кому и когда их дарить.
- Я вижу, кофе не улучшил твоего настроения, - примиряюще заметила Эми. - Что это ты так разошелся?
- Ты еще знать не знаешь моего характера. - Джед встал с постели и, морщась от боли, отправился в ванную.
- Так же, как, впрочем, и ты. - Эми исчезла за дверью.
Теперь Джед укорял себя за то, что был слишком резок и несдержан, - в гостях у женщины он мог бы вести себя поприличнее. Но в конце-то концов, он ведь ей не любовник! Джед мрачно усмехнулся, рассматривая в зеркале свои небритые щеки. Он был всего лишь ее другом, которого терпят из вежливости и вполне могут оставить в любую минуту, а он не хотел, чтобы его оставляли. Более того, хотел оставаться в этом доме как можно дольше.
Джед включил душ. И все же приятно, что Эми так высоко оценила его работы, даже купила клетку, из тех, что он сделал на продажу. Раздражало и задевало самолюбие лишь то, что он предлагал Эми свои поделки в подарок, но она категорически отказалась. Видимо, не хотела быть ему обязанной. Подарок казался ей слишком дорогим. В то время этот поступок пришелся ему по нраву, значит, Эми хочет того же, что и он, - нечастых встреч, легкой, непритязательной любви. Но в душе все-таки остался какой-то неприятный осадок.
