Он вовсе не был тем мужчиной, которого она искала: мягким, искренним, открытым. Не принадлежал он и к тем, кого легко одомашнить, сделать примерным мужем и добропорядочным отцом. И хотя внешне казался надежным и верным, но в глубине его души угадывалось что-то темное, тайное, неуловимое, что испугало бы и оттолкнуло ее еще восемь месяцев назад. Но "обычных обстоятельств" для Эми больше не существовало, изменилась вся ее жизнь, изменилась сама Эми. Теперь она смотрела на Джеда Глейза другими глазами, и его таинственность даже привлекала ее. Вероятно, по крайней мере она так думала, в ней осталась эта глубинная потребность ходить по краю пропасти, быть готовой отразить таящуюся опасность.

Эми остановилась у входа в аэропорт в ожидании Джеда. И вот он показался в дверях самолета. Тонкая темная трость, мрачное, сосредоточенное лицо, странная изломанность движений - что-то здесь не так. Совсем другой человек!

Увидев Эми, Джед замер на трапе, и шумный поток толпящихся пассажиров, устремившись вниз по ступенькам, обтек его, как спешащий весенний ручей обтекает старый, замшелый камень. Джед криво и как-то неловко улыбнулся, приветствуя Эми, и она поспешила ему навстречу. Легко приподнявшись на носки, поцеловала в губы и сама испугалась смелости своего поступка и холодности и деревянности его безжизненных губ. Отступив назад, она изучающе глянула ему в глаза, пытаясь отыскать объяснение происходящему.

- Ну, что будем делать? Судя по твоему виду, мне надо сбегать за инвалидной коляской, - неуклюже пошутила она.

- Не стоит. Я уже довольно взрослый мальчик, чтобы ты возила меня в коляске. Хотя и выгляжу достаточно нелепо.

. Голос Джеда звучал несколько грубовато, а ведь он никогда не повышал тона. Видимо, с ним действительно что-то случилось.

- Но если мы и дальше будем так же стоять на трапе, то мне, вероятно, придется нести тебя на руках.

- Извини, - смутился Джед, - просто сегодня был невероятно трудный день.