— Выходи на свет! — приказала Квин. — Ты уже достаточно насмотрелся.

Он невольно вздрогнул. Спокойный, лишенный каких-либо эмоций голос напугал его. Да к тому же ружье она нацелила прямо ему в промежность. Он опустил глаза и только сейчас осознал, что все еще продолжает мастурбировать. Она прошипела:

— Оставь! Ты так долго этим занимался, что ему не мешает поостыть.

— Это совсем не то, что ты думаешь, Квин… — начал Мортон. — Неужели не понимаешь? Я шел к вам домой, чтобы отдать деньги, и вдруг почувствовал естественную потребность. Я только хотел…

— Знаю я, чего ты хотел! Слышала твои стоны, ублюдок! Ты мастурбировал, глядя на мою сестру.

— Тьфу, — пробормотал Мортон, опуская руку. — А как насчет денег за дом? Ты не раздумала его продавать? — спросил он.

Квин указала ружьем на его карман.

— Вытаскивай деньги и убирайся к черту, пока я не застрелила тебя как вора. Сам знаешь, все вокруг решат, что произошло досадное недоразумение, несчастный случай. Ты не забыл, что мы совсем недавно похоронили Джонни? Никто не обвинит сестер Хьюстон в том, что они переусердствовали, защищая себя.

— Вот сука! Когда ты получишь деньги, дом перестанет быть твоей собственностью.

— Вполне вероятно, — ответила Квин, — но ты покупаешь дом и участок, а не нас с сестрой.

Вздохнув, Мортон потянулся за конвертом.

— Нет! Стой! — приказала Квин, как только он залез в карман, в котором находились чеки.

Уайтлоу застыл на месте, испугавшись ее грозного голоса и зловещего темного дула. Сейчас она целилась ему прямо в лицо.

— Лучше левой, Уайтлоу, — бросила она, вспомнив, чем была занята его правая рука минутой раньше,

Он покраснел и выругался, но это не помогло: Квин Хьюстон стояла на своем. Изрыгая проклятия, он вытащил конверт из кармана, бросил его на землю и, повернувшись, зашагал прочь, желая, чтобы она провалилась в преисподнюю.