— Теперь мне все ясно, — кивнул он. Думаю, — лучше оставить все как есть.

— А как же наш отец? — спросил Донни. В голосе мальчика прозвучала неподдельная тревога. Возможно, отец семейства отсутствует по уважительной причине, но Квин лучше выяснить это самой. А пока не стоит делать поспешных выводов.

— Я думаю, нам надо подать заявление об исчезновении вашего отца, — сказала Квин. — Сейчас, мальчики, мы пойдем в офис шерифа Миллера, и вы поможете мне изложить ему все факты. Я мало что о нем знаю, так как мы годами не перезванивались. Мне кажется, за это время его роскошная шевелюра изрядно поредела. Готова спорить, что он здорово растолстел. Наверное, весь седой, поскольку всегда слишком любил сладкое.

Уилл отрицательно покачал головой:

— Папа совсем не толстый, и у него все еще черные волосы.

Квин улыбнулась. Сами того не понимая, дети давали ей столь необходимую в данной ситуации информацию об отце. Мальчики были удивительно похожи друг на друга: крепкие тела, курносые носы и упрямые подбородки. Она подумала, что ей еще никогда не приходилось видеть таких черных волос в сочетании с такими голубыми глазами, как у мальчиков Боннер. Все это они явно унаследовали от своего пропавшего папаши. И все-таки лучше бы перед ней был не его мысленный образ, а он сам во плоти. Она только что вступила в новую жизнь, и опекать брошенных детей не входило в ее планы.

Часом позже, взявшись за руки, все четверо вышли из офиса шерифа. Донни заметно нервничал. Ему наконец удалось убедить власти начать поиски Боннера-старшего, но в то же время он нарушил запрет отца: доверился незнакомому человеку.

Квин тем временем оглядывалась по сторонам, изучая маленький, расположенный в предгорье городок. Поймав устремленные на нее взгляды мальчиков, она спросила:

— Когда вы ели в последний раз?

Донни вздохнул: она хотя бы беспокоится о них.

— Сегодня утром, — ответил он.