– И никто из нас не хочет, детка. Но ее муж желает, чтобы она жила с ним, а у него теперь больше прав на нашу Маргариту.

– Пусть сам сюда приедет, – предложила Беатриса и тут же просияла от столь удачной мысли.

– Он не может, детка. Он управляет государством.

– А мы ему поможем.

Графиня рассмеялась и потрепала девочку по волосам.

– Нам очень многое нужно приготовить, Маргарита. Пойдем со мной. Мы обсудим ваши туалеты, и вообще мне необходимо поговорить с вами.

Граф подхватил:

– Разумеется, этот день счастливый для всех нас. Произошло истинное чудо. Никогда не верил, что такое возможно.

Элеанора подняла глаза и заявила:

– Я написала поэму.

– Прекрасно, – рассеянно ответил отец.

– Может быть, я ее прочту?

– Не сейчас, дорогая. В другой раз. Какие уж тут стихи…

– Пойдем, Маргарита, – позвала мать.

Дверь за ними закрылась, и три сестры остались одни.

Санча выжидательно смотрела на Элеанору. Та подошла к столу и взяла поэму, которую только что закончила и которую так жаждала прочесть родителям. Но им было не до стихов. Все теперь думали только о Маргаритиной свадьбе.

– Это только потому, что она старшая, – проговорила Элеанора. – Если бы старшей была я, то все бы готовились к моей свадьбе.

В Ле-Бо вовсю шли приготовления. И хозяева, и слуги ни о чем другом, кроме предстоящей свадьбы, не говорили. Теперь Ле-Бо был не просто замком графа Прованского, а домом будущей королевы Франции. Маргарита, поначалу испугавшаяся перемены в своей судьбе, теперь сияла лучезарной улыбкой и думала о будущем без страха. Она уже знала, что ее жених не просто хороший и добрый юноша, но обладает всеми задатками великого государя.

Над Маргаритой постоянно колдовали портнихи, а еще она много времени проводила наедине с родителями, которые без устали поучали ее, как себя вести, что она должна делать, а что нет. В конце концов сестра призналась Элеаноре, что безнадежно запуталась и что лучше бы ей вовсе не давали никаких наставлений.