– Но Ричард не король…

– Он – брат короля, рано или поздно он вернется в Англию, где король все чаще задумывается о женитьбе. И правильно, ибо брак – священный долг монарха, Генрих и так протянул с этим слишком долго.

– Итак… если я пошлю поэму…

Ромео наклонил голову.

– С очаровательным письмом в придачу… что-нибудь трогательное и милое от юной девицы. Кто знает?..

– Так я и сделаю, – заявила Элеанора.

– Без промедления, – с нажимом сказал Ромео.

Она кивнула. Он удалился, а Элеанора вприпрыжку побежала к кустарнику, где ее с нетерпением дожидалась Санча с накидкой в руках.

Всю жизнь Ричарду, графу Корнуэлльскому, постоянно напоминали о его дяде, в честь которого он был назван, – о Ричарде Львиное Сердце. Величайший полководец своего времени, он уже превратился в легенду: по всей стране ходили рассказы о том, какой ужас наводило на сарацинов одно упоминание его имени. При всем своем мужестве и военном таланте Ричард так и не смог завоевать Иерусалим; однако, если бы не стрела, внезапно оборвавшая его жизнь при осаде замка Шалу, он довел бы до конца священную миссию.

Для молодого человека, которого природа не наделила физической крепостью (хотя принц отказывался смириться с этим обстоятельством), подобное наследство являлось тяжким бременем. Богатырь Ричард Львиное Сердце всю жизнь страдал от приступов жестокой лихорадки, но, едва лишь приступ проходил, силы к нему возвращались. Граф Корнуэлльский не был подвержен какому-то определенному недугу, но временами на него находила необъяснимая вялость и апатия.

Ричард знал, что рано или поздно ему придется отправиться в крестовый поход. От него все этого ждали, и вот теперь, кажется, подходящее время настало. По правде сказать, ему до смерти надоела законная супруга. Каким же надо было быть идиотом, чтобы в двадцать два года жениться на женщине намного старше себя! Безрассудный, опрометчивый поступок. Его ведь все предупреждали – даже сама невеста, – что подобное сумасбродство до добра не доведет. Как же они оказались правы!