Но еще была Мари - самое дорогое для Карла существо. Она любила и понимала его, как никто другой. Ей он мог читать стихи, показывать книгу об охоте, которую он писал. Для нее он был настоящим королем.

Колиньи Адмирал был его другом. Карлу никогда не надоедало общество Гаспара. С ним он чувствовал себя в безопасности, хотя кое-кто называл его предателем Франции. Карл не сомневался в своем друге. Колиньи никогда не совершит подлости. Если адмирал решит выступить против Карла, он немедленно заявит об этом королю в силу своего прямодушия. Он был открытым, честным человеком. Если он гугенот, значит, эти люди не так уж плохи. Карл дружил со многими гугенотами. К их числу относились его няня Мадлен, Мари Туше, искуснейший хирург Амбруаз Паре и близкий друг Карла месье Ларошфуко. Сам король был, конечно, католиком, но многие его друзья приняли новую веру.

Один из пажей предупредил Карла о приближении королевы-матери; Мари вздрогнула - это происходило с ней всегда перед встречей с Катрин де Медичи.

- Мари, не бойся. Она не обидит тебя. Ты ей нравишься. Она сама сказала это. В противном случае я бы не позволил тебе оставаться при дворе. Я бы подарил тебе дом и навещал тебя там. Но ты ей по душе.

Мари, однако, продолжала дрожать.

- Паж, - произнес король, - скажи моей матери, что я встречусь с ней в моих покоях.

- Хорошо, Ваше Величество.

- Это тебя устроит? - обратился король к Мари. - До свиданья, дорогая. Я приду к тебе позже.

Мари поцеловала его руку; она испытала облегчение, поняв, что ей не придется увидеть женщину, внушавшую девушке страх; король вышел в коридор, соединявший его апартаменты с покоями любовницы.

Катрин радостно поприветствовала сына.

- Ты прекрасно выглядишь! - заявила она. Вижу, грядущее отцовство красит тебя.

Король сжал губы. Его душа переполнялась страхом всякий раз, когда королева-мать вспоминала о ребенке, которого вынашивала супруга Карла.