- Когда я увижу господина де Гиза, я скажу ему. Не волнуйся, это произойдет скоро.

- Спасибо. Я отправлюсь к Ее Величеству и скажу ей, что господин де Гиз скоро придет.

Марго повернулась к своему любовнику, который уже надел камзол и пристегивал шпагу. Она рассердилась, заметив, что он торопится покинуть ее.

- Ты, похоже, охотно уходишь.

- Моя дорогая, меня вызывает твоя мать.

Марго обняла его.

- Пусть она немного подождет.

Он поцеловал ее, но она поняла, что он думает о будущем разговоре с королевой-матерью.

- В первую очередь ты - честолюбивый глава дома де Гизов и Лорренов, насмешливо сказала она. - А любовник - во вторую. Верно?

- Нет, - солгал он. - Ты знаешь, что это не так.

Ее черные глаза сверкнули. Иногда ей хотелось поссориться с ним. Для Марго любовь была всем; она не могла смириться с мыслью, что Генрих устроен иначе.

- Тогда поцелуй меня, - попросила Марго.

Он исполнил ее желание.

- Поцелуй меня так, словно ты думаешь обо мне, а не о том, что ты скажешь моей матери. О, Генрих, еще пять минут!

- Дорогая, я не смею.

- Ты не смеешь! Ты вечно "не смеешь"! Даже когда тебя женили на твоей глупой жене.

- Марго, я вернусь.

- Почему, думаешь, она вызывает тебя сейчас? Потому что ей известно, что мы вместе; ей нравится мешать нам. Ты не знаешь мою мать.

- Я знаю, что должен подчиниться, когда она вызывает меня.

Он повернул ключ в замке, но Марго прижалась к своему возлюбленному, страстно поцеловала его.

- Когда ты вернешься?

- Как только освобожусь.

- Обещаешь?

- Обещаю.

- Тогда поцелуй меня еще... еще... снова.

Катрин отпустила своих фрейлин; она не позволила остаться даже карлику; она готовилась к встрече с молодым герцогом де Гизом.

Она увидела приближающегося к ней Генриха и подумала: неудивительно, что Марго находит его неотразимым. Он был красавцем. Двадцать два года еще не зрелость; через несколько лет Генрих станет таким же коварным, каким был его отец; даже сейчас она должна остерегаться герцога, возле которого всегда находился его дядя - этот старый лис, кардинал Лоррен.