Рамиро глубоко вдохнул вечерний воздух и отвернулся от окна.

- Ну что? Свечи зажжем? - спросил Лоренсо.

- Зови.

Лоренсо дотянулся до колокольчика и позвонил; тут же дверь распахнулась - караулили под нею, там всегда караулят, - вокруг замельтешили, и свечи зажглись как бы сами собой. В их нервном, подрагивающем сиянии стало видно собеседников. Лоренсо сидел, перекинув ногу через подлокотник роскошного кресла и покачивая начищенным сапогом. К носу сапога приклеился блик.

Прислуга на Лоренсо смотрела искоса - сколько уже лет прошло, а не привыкла, что он тут сидит, а не стоит, согнувшись в поклоне.

Рамиро застыл у окна; руки, сложенные за спиной, заставляли держаться прямо. Он устал так, как устает человек, не первый год работающий с раннего утра и до глухой ночи; спина норовила согнуться, но ее держало воспитание.

- Ужин, ваше высочество? - один из слуг стоял рядом.

- Позже.

- А ну, все вон, и побыстрее! - лениво велел Лоренсо, и слуги попятились - послушались.

Лоренсо попробуй не послушайся. У него даже ленивые интонации со стальным отливом, и глаза стальные, и волосы, словно пеплом припорошены, и ходит он так, что одной походки его боятся. Рамиро немного ему завидовал - так, как может завидовать младший старшему, который, тем не менее, состоит у него же на службе. Лоренсо де Ортис - меткая рука, говорили про него. Лоренсо - сквернослов и ловелас. Лоренсо - безжалостный убийца, мартовский кот, обманщик, любитель почестей.

Лоренсо - самый верный друг и самый лучший на свете защитник.

- Не хочется ехать? - спросил верный друг и защитник и потянулся за виноградом. Отщипнул от грозди пару ягодок и отправил в рот.

Рамиро покачал головой.

- Когда ты так немногословен, я начинаю тебя подозревать. Сядь уже.

Садиться не хотелось - Рамиро знал, что если усядется, то непременно начнет засыпать, а хорошо бы еще до ужина прочитать все те бумаги, которые принес Амистад де Моралес, и что-то придумать с этими налогами на ввоз итальянских тканей, потому что завтра совет будет это обсуждать, и неизвестно, явится ли отец. Заседание совета назначено на девять утра, сразу после молитвы и завтрака. А если учитывать то, что сегодня в замке праздник, то отец может и не прийти.