Президент не скрывал, что полагается на советы Картленда, обладающего большим опытом, обширными познаниями и здравым смыслом. Подобное отношение вызывало зависть многих высокопоставленных особ в Вашингтоне. Трезвые умы считали его незаменимым советчиком президента, хотя полагали, что из-за постоянного присутствия в окружении президента, у генерала остается мало времени на управление армией и военно-воздушными силами. Однако Картленд без видимых усилий справлялся и с тем и с другим. Из него мог получиться великолепный политик или государственный деятель, если бы не некоторые существенные врожденные недостатки — генерал был неподкупен и неизменно следовал морали.

Следующим в автобус поднялся недавно назначенный министром энергетики Хансен, высококвалифицированной специалист в своей области, который имел небольшой опыт в политике, но обладал кипучей энергией. Это был нервный человек, настроение которого часто менялось, а темные глаза никогда не знали покоя. Говорили, что министр на редкость умен. Возможно, именно это вызывало настороженное отношение к нему почетных гостей президента.

Затем в автобус вошел Мюир — полный лысый мужчина, счастливый обладатель не двух, а целых четырех подбородков. В отличие от большинства упитанных людей, у него постоянно было скорбное выражение лица. Что-то сельское в Мюире придавало ему вид фермера-неудачника, сосредоточенного не на производстве продуктов питания, а на их потреблении. Предстоящие сделки с арабскими странами были связаны с множеством политических и экономических проблем, и именно поэтому помощника госсекретаря Мюира как выдающегося специалиста по Ближнему Востоку включили в свиту президента.

Наконец, президент предложил войти в автобус последнему из своей свиты — мэру Морисону, но тот отказался, пропустив вперед главу государства. Этого крупного жизнерадостного человека пригласили в поездку не как специалиста по энергетике или, например, по Ближнему Востоку, а потому что все — король, принц, их приближенные и сам президент — были гостями мистера Морисона, мэра Сан-Франциско.