Джонсон и Брэдли ушли, повесив снаружи табличку «Не беспокоить!». Джонсон дважды повернул ключ в замке, а затем с помощью кусачек обломил его.

Внизу они подошли к сидевшему за стойкой дежурному, который любезно поздоровался с летчиками.

— Вчера, кажется, дежурили не вы?

— Нет, сэр. Далее дежурным нужно немного поспать, хотя начальство никак не может смириться с этим научно установленным фактом! — молодой человек с любопытством взглянул на Джонсона и Брэдли. — Это вы сегодня сопровождаете президентское стадо?

— Не думаю, что президенту понравилась бы подобная терминология, — улыбнулся Джонсон. — Да, сопровождаем кортеж президента, это не секрет. Вчера вечером мы просили нас разбудить. Просьба была зафиксирована?

— Да, сэр, — дежурный провел ручкой по колонке имен.

— И вот еще что. Мы оставили у себя в комнате кое-какие вещи, которые не положено держать в отеле. Вы не могли бы проследить, чтобы никто не болтался возле нашей двери, пока мы не вернемся?

— Можете положиться на меня! — молодой человек сделал пометку в журнале. — А вы повесили табличку «Не беспокоить!»?

— Это мы сделали.

Джонсон и Брэдли вышли из отеля и остановились у первой же телефонной кабинки. Войдя в нее, Джонсон порылся в чемодане, отыскал радиотелефон и немедленно связался с Брэнсоном, который терпеливо ждал его звонка в заброшенном гараже севернее Дейли-Сити.

— Вызываю «Пи один»!

— "Пи один" слушает!

— У «Пи два» все в порядке!

— Хорошо. Приезжайте сюда.

Солнце уже вставало, когда шестеро мужчин вышли из горной хижины, стоявшей на высоком холме, который возвышался над местечком Сосалито в графстве Марин, к северу от залива Сан-Франциско. Выглядела эта компания не слишком привлекательно — четверо были в комбинезонах, двое — в линялых плащах, снятых с какого-то зазевавшегося пугала. Все сели в помятый «шевроле» и направились в город.