Размышляя над сложившейся ситуацией, Рауль присел на край кровати и сделал глоток кофе. Конечно, напиток был не таким ароматным, как на родине, но, по крайней мере, надлежащей крепости.

Джулия пила чай небольшими глоточками и не смотрела на бывшего любовника. Рауль недоумевал, куда подевалась вся ее энергия и задор. Может, она и вправду серьезно больна? Не в силах больше выносить тягостное молчание, он подался вперед.

– Похоже, Кейн прав. Ты больна? Мне кажется, дело совсем не в несварении желудка после обильного рождественского стола.

Джулия нервно облизала губы и поставила чашку на поднос.

– Все в порядке. Как бы там ни было, мое здоровье не твоя забота.

– Мы были близки, – напомнил Рауль. – Неужели ты думаешь, что мне наплевать на женщин, с которыми я ложусь в постель?

Мы были близки.

Слова эхом отозвались в ее сердце. Они были близки так, как только могут быть близки мужчина и женщина. Поначалу Джулия старалась думать о происходящем как о процедуре, необходимой для продолжения рода. Но все изменилось, едва Рауль Оман впервые коснулся ее.

Он поставил свою чашку на поднос.

Скажи ему.

Повинуясь внутреннему позыву, Джулия неуверенно начала:

– Рауль, мы… Я…

У нас будет ребенок. И я подстроила нашу близость, чтобы забеременеть.

– Отдыхай. А завтра я отвезу тебя к врачу. Волна раздражения захлестнула Джулию.

– Не утруждайся. Мне не нужны ни доктор, ни твоя забота.

Глаза Рауля странно засверкали.

– Возможно.

– Никаких «возможно». Я же сказала, что…

– Я помню, – перебил ее Рауль. – Ты самостоятельно заботишься о себе с семнадцати лет.

– Вот именно. – Джулия схватила телефон и набрала номер вызова такси. Закончив разговор, она положила трубку и подняла глаза на гостя. – Машина будет через двадцать минут.