Конечно, Джулия не слишком разбиралась в подобных вопросах, но, судя по ее небольшому опыту, больше всего на свете лица мужского пола ненавидят обязательства.

– Кейн даже не подозревал, что мы знакомы, – пробормотал Рауль. – Я надеялся, ты упомянешь обо мне хотя бы мельком.

От Джулии не укрылось, как за его спиной Труди произнесла одними губами: О господи! Ты знаешь этого красавчика?

Секретарша места себе не находила от волнения. Романтичная Труди была главной сплетницей офиса. Правда, нужно отдать ей должное, она ни о ком не отзывалась дурно.

– Кейн – президент компании. Я обсуждаю с ним только вопросы, связанные с бизнесом, – зачем-то принялась оправдываться Джулия. – И не рассказываю о людях, с которыми знакомлюсь в командировках.

– Ну да, – озорной огонек, засверкавший в глубине почти черных глаз, заставил ее вздрогнуть.

Рауль мог выразить взглядом больше, чем иные люди словами. И прямо сейчас он смеялся над ее попытками притвориться, что между ними ничего не произошло.

– Хорошо, – чересчур жизнерадостно произнесла Джулия. – Начнем?

– Давай.

Джулия круто повернулась на каблуках и пустилась в описание первого из трех этажей, арендованных компанией.

Когда экскурсия по четырнадцатому этажу подошла к концу, им пришлось довольно долго дожидаться лифта. Рауль предложил подняться по лестнице, но Джулия вспомнила, что ее доктор порекомендовал воздерживаться от подобных прогулок до рождения ребенка. Поэтому она сообщила, что лестницей пользуются только в случаях экстренной необходимости.

Джулия редко прибегала к подобным уловкам, но насмешливое выражение в глазах Рауля и воспоминание о жарких ночах, проведенных вместе, окончательно вскружили ей голову.

Они зашли в пустую кабину лифта. Едва двери закрылись, как Рауль нажал на кнопку «Стоп».

– Bien-aimé

Сердце Джулии бешено заколотилось.

– Не слишком много. Всего два или три месяца, – как можно небрежнее бросила она, словно совершенно не вспоминала о той встрече в Вашингтоне.