Софиана уклончиво пожала плечами.

– Не вини меня в этом, Денис. Если бы меня спросили, я бы сказала вам раньше.

– Но она твоя племянница, – сказала Кири. – Ты знала, что она была обучена, но все же позволила ей выйти замуж за полукровку.

– Но, Кири, я ничего ей не позволяла! Риченда – взрослая женщина, Дерини, и вполне может принимать свои собственные решения. А что касается того, что она – моя племянница, – она снова пожала плечами, ее настроение стало каким-то странным, – боюсь, что я ее еле знаю. Моя сестра и ее муж, выбирая Риченде первого мужа, решили, что она должна выйти замуж за человека не наших традиций и не нашей веры. Я была не согласна с ними, но уважала их решение. После того как она стала графиней Марлийской, я почти не видела девочку.

– Но выйти за Моргана…

В темных глазах Софианы полыхнул черный огонь. – Пытаетесь заставить меня осудить его? – парировала она. – Я этого не сделаю. Он сделал Риченду счастливой, принял внука моей сестры как своего собственного ребенка, у нее дочь от него, и я могу желать ему только добра – и, что любопытно, он не сделал ни одной ошибки. Я слышала, что его возможности огромны, даже без подготовки, но встречалась с ним только однажды. Само собой, он был настороже, но вел себя безупречно.

– Так, значит, ты тоже не доверяешь Моргану, – сказала Вивьенн.

– Что значит «доверяю»? – возразила Софиана. – Я верю, что он подходящий муж и отец для моих родственников; я верю в искренность моей племянницы, когда она рассказывает мне о его благородстве во всем, что он сделал с того времени, как она познакомилась с ним. Все остальное, кроме этого – слухи. Как я могу доверять ему так же как я доверяю всем вам? Мы, члены Совета, часто можем не соглашаться, но, принося наши клятвы, мы все раскрыли друг другу свои души. Вот это – доверие.

Ларан поднял поседевшую бровь. – Значит, ты доверяешь Келсону? – спросил он. – А ты, Денис? Раскрывал ли король тебе свою душу?