Еле сдерживаясь, Тирсель покачал головой, видимо, все еще не решаясь заговорить.

– А ты, Вивьенн, – Барретт обратил свое внимание на другую сторону перепалки. – Тебе не стоит быть столь холодной в отношении судьбы Найджела. Он берет на себя серьезные обязательства, принимая силу, которая будет дарована ему. Если для этого призовут нас, наши обязанности будут не менее серьезны.

– В нем нет той крови, – пробормотала Вивьенн тихо и раздраженно.

– Ну, Вивьенн…

Напротив нее, между Барреттом и Тирселем, раздался тихий дразнящий смех, похожий на звон драгоценного кристалла: Софиана, одна из тех, кто еще не говорил, ставшая членом Совета Камбера совсем недавно, но не являвшаяся ни самым молодым, ни самым младшим из его членов.

Более двадцати лет назад, будучи даже моложе Тирселя, Софиана Анделонская великолепно служила Совету, оставив это занятие только после смерти своего отца, который не оставил наследника мужского пола. Прошлым летом она, будучи уже больше десяти лет суверенной правительницей Анделона, дети которой выросли или почти выросли, по повелению Совета вернулась, чтобы занять место Тома Хагена, которому, в случае отказа уйти в отставку, грозило приостановление членства в Совете за потворство Венциту Торентскому и Ридону Истмарчскому в войне между Гвинеддом и Торентом. Вторая вакансия в Совете, напрямую связанная с этой войной, оставалась свободной: место Стефана Корама, предшественника Вивьенн на посту помощника председателя, который, втайне даже от Совета, вел опасную двойную игру, прикрываясь личностью другого, и эта игра в результате стоила ему жизни – правда, она спасла корону Келсона.

Прошлое Софианы, и ее непричастность к интригам и разногласиям внутри Совета, которые после восхождения Келсона на престол все больше и больше затрудняли работу Совета, сделали ее идеально подходящей для того положения, которое она сейчас занимала. Кроме того, она смогла привнести в нудные заседания Совета свежие идеи и редкое чувство юмора.