Покойный герцог Лионель и его брат Махаэль, похоже, тоже получили эту благодать. Может быть, то, что в Гвинедде называется способностями Халдейнов, происходит повсеместно и, на самом деле, является меньшей степенью способностей Дерини … или большей.

– Большей? – спросил удивленный Тирсель.

– Может быть. Я говорю «большей», потому что сила Халдейнов приходит сразу вся и полностью доступной, даже если получатель не осознает этого. По меньшей мере, в некоторых аспектах это лучше, чем необходимость учиться пользоваться силой, а именно это приходилось делать «чистокровным» Дерини с незапамятных времен.

Арилан, несмотря на то, что он склонялся к точке зрения Софианы более чем к чьей-либо еще, перестал теребить свой епископский перстень и нахмурился.

– Осторожнее, Софиана, не то ты скоро скажешь, что мы должны видеть Дерини в каждом встречном.

Софиана улыбнулась и откинулась на спинку кресла, ее серебристые серьги мелодично зазвенели, когда она покачала головой.

– Никогда, друг мой, хотя это конечно решило бы много проблем – и, несомненно, создало бы другие, еще сложнее, – добавила она, заметив ужас во взгляде Вивьенн. – Предположите, что способности Халдейнов могут оказаться просто такой же неизученной стороной способностей Дерини, как и способность Моргана и МакЛейна исцелять, и что оба дара, требующих специального обучения и умения управлять, могут иногда проявиться неожиданно.

Арилан тихонько присвистнул, Ларан изумленно поглядел на Барретта, а остальные зашептались между собой. Арилан сам не раз тайком изучал такую возможность и догадывался, что он не одинок в этом, но никто еще не осмеливался заговорить об этом в Совете. Арилан был уверен, что Ларан, будучи врачом, и Барретт, которому можно было бы попытаться вернуть зрение, если бы дар целительства был восстановлен, детально занялись бы этим вопросом.