Вскоре труп был принесен на носилках и положен к подножию трона. Соломон поднял руку:

– Привяжите тело умершего к колонне.

Это было немедленно исполнено. Затем Соломон приказал стражникам:

– Дайте этим людям луки и стрелы. А вы, – обратился он к ссорящимся, – должны пустить по стреле в тело вашего отца. После этого я вынесу свое решение.

Самый старший схватил лук, тщательно прицелился и пустил стрелу точно в сердце мертвеца. Второй брат попал в живот.

– Теперь твой черед, – обратился царь к младшему брату, еще почти мальчику. Но тот бросил лук на землю.

– Нет, – сказал он и покачал головой. – . Даже ради того, чтобы защитить свой права и сохранить наследство, я не стану осквернять тело моего отца.

Два других брата опять принялись причитать и жаловаться, но Соломон поднял руку.

– Слушайте мое решение. Настоящий сын своего отца тот, кто не желает стрелять в него. Ему принадлежит наследство. Двое других братьев должны согласиться с моим приговором, иначе они заслужат мой гнев.

Когда эти трое удалились, все присутствующие в зале разразились хвалебными речами. Билкис поднялась и подошла к трону.

– Ты изумляешь меня, повелитель. Никогда еще я не слышала более мудрого суждения. Те, кто поведали мне о тебе, не лгали.

Соломон порывисто вскочил с трона и схватил царицу за руки.

– Ничего особенного не случилось, – промолвил он, улыбаясь. – Пойдем, возрадуемся и отпразднуем этот день. Яства ждут нас в саду.

Изумление, которое испытала молодая царица, услышав приговор, все же не окончательно убедило ее. Соломон рассудил мудро, это так, но насколько глубока его проницательность, видит ли он самое сокровенное, как ему приписывают? Билкис любила разгадывать загадки и сама умела изобретать почти неразрешимые вопросы. Когда она полулежала на ложе рядом с царем и насыщалась жареным мясом, она решила испытать его. С чарующей улыбкой она повернулась к царю и спросила: